Неточные совпадения
Он лежал в первой комнате на постели, подложив одну
руку под затылок, а другой держа погасшую трубку; дверь во вторую комнату была заперта на замок, и ключа в замке не было. Я все это тотчас заметил… Я начал кашлять и
постукивать каблуками о порог — только он притворялся, будто не слышит.
Он
постучал в дверь; ему отперла мать. Дунечки дома не было. Даже и служанки на ту пору не случилось. Пульхерия Александровна сначала онемела от радостного изумления; потом схватила его за
руку и потащила в комнату.
В
руках его была красивая трость, которою он
постукивал, с каждым шагом, по тротуару, а
руки были в свежих перчатках.
Мешается; то тревожится, как маленькая, о том, чтобы завтра все прилично было, закуски были и всё… то
руки ломает, кровью харкает, плачет, вдруг
стучать начнет головой об стену, как в отчаянии.
«Ну, слава богу, мы пришли», — сказала слабым голосом татарка, приподняла
руку, чтобы
постучать, — и не имела сил.
Она усмехнулась и спряталась. Обломов махнул и ему
рукой, чтоб он шел вон. Он прилег на шитую подушку головой, приложил
руку к сердцу и стал прислушиваться, как оно
стучит.
Тихо; только раздаются шаги тяжелых, домашней работы сапог Ильи Ивановича, еще стенные часы в футляре глухо
постукивают маятником, да порванная время от времени
рукой или зубами нитка у Пелагеи Игнатьевны или у Настасьи Ивановны нарушает глубокую тишину.
Захар, услышав этот зов, не прыгнул по обыкновению с лежанки,
стуча ногами, не заворчал; он медленно сполз с печки и пошел, задевая за все и
руками и боками, тихо, нехотя, как собака, которая по голосу господина чувствует, что проказа ее открыта и что зовут ее на расправу.
Косые лучи солнца были еще жарки; платье, насквозь промокшее от пота, липло к телу; левый сапог, полный воды, был тяжел и чмокал; по испачканному пороховым осадком лицу каплями скатывался пот; во рту была горечь, в носу запах пороха и ржавчины, в ушах неперестающее чмоканье бекасов; до стволов нельзя было дотронуться, так они разгорелись; сердце
стучало быстро и коротко;
руки тряслись от волнения, и усталые ноги спотыкались и переплетались по кочкам и трясине; но он всё ходил и стрелял.
Красивая борзая собака с голубым ошейником вбежала в гостиную,
стуча ногтями по полу, а вслед за нею вошла девушка лет восемнадцати, черноволосая и смуглая, с несколько круглым, но приятным лицом, с небольшими темными глазами. Она держала в
руках корзину, наполненную цветами.
Вдали, ближе к роще, глухо
стучали топоры, и по временам, торжественно и тихо, словно кланяясь и расширяя
руки, спускалось кудрявое дерево…
Кричит: «Нет! меня вам не провести! нет, не на того наткнулись! планы сюда! землемера мне подайте, христопродавца подайте сюда!» — «Да какое, наконец, ваше требование?» — «Вот дурака нашли! эка! вы думаете: я вам так-таки сейчас мое требование и объявлю?.. нет, вы планы сюда подайте, вот что!» А сам
рукой стучит по планам.
На коленях у Авенира лежала тетрадка стихотворений Кольцова, тщательно переписанных; он с улыбкой
постучал по ней
рукой.
Мужик глянул на меня исподлобья. Я внутренне дал себе слово во что бы то ни стало освободить бедняка. Он сидел неподвижно на лавке. При свете фонаря я мог разглядеть его испитое, морщинистое лицо, нависшие желтые брови, беспокойные глаза, худые члены… Девочка улеглась на полу у самых его ног и опять заснула. Бирюк сидел возле стола, опершись головою на
руки. Кузнечик кричал в углу… дождик
стучал по крыше и скользил по окнам; мы все молчали.
Он бойко поглядывал кругом, подсунув под себя
руки, беспечно болтал и
постукивал ногами, обутыми в щегольские сапоги с оторочкой.
А рядом с Климом стоял кудрявый парень, держа в
руках железный лом, и — чихал; чихнет, улыбнется Самгину и, мигая, пристукивая ломом о булыжник, ждет следующего чиха. Во двор, в голубоватую кисею дыма, вбегали пожарные, влача за собою длинную змею с медным жалом.
Стучали топоры, трещали доски, падали на землю, дымясь и сея золотые искры; полицейский пристав Эгге уговаривал зрителей...
Говоря, Кутузов
постукивал пальцем левой
руки по столу, а пальцами правой разминал папиросу, должно быть, слишком туго набитую. Из нее на стол сыпался табак, патрон, брезгливо оттопырив нижнюю губу, следил за этой операцией неодобрительно. Когда Кутузов размял папиросу, патрон, вынув платок, смахнул табак со стола на колени себе. Кутузов с любопытством взглянул на него, и Самгину показалось, что уши патрона покраснели.
Корвин
постучал камертоном о свои широкие зубы, взмахнул
руками, точно утопающий, и в жаркий воздух печально влилась мягкая волна детских голосов.
Грузная, мужеподобная Орехова, в тяжелом шерстяном платье цвета ржавого железа, положив
руку на плечо Плотниковой,
стучала пальцем по какой-то косточке и говорила возмущенно...
— Достань порошки… в кармане пальто, — говорила она,
стуча зубами, и легла на постель, вытянув
руки вдоль тела, сжав кулаки. — И — воды. Запри дверь. — Вздохнув, она простонала...
И,
постучав карандашом по синим ногтям левой
руки, сказал, тоже не торопясь...
Похолодев от испуга, Клим стоял на лестнице, у него щекотало в горле, слезы выкатывались из глаз, ему захотелось убежать в сад, на двор, спрятаться; он подошел к двери крыльца, — ветер кропил дверь осенним дождем. Он
постучал в дверь кулаком, поцарапал ее ногтем, ощущая, что в груди что-то сломилось, исчезло, опустошив его. Когда, пересилив себя, он вошел в столовую, там уже танцевали кадриль, он отказался танцевать, подставил к роялю стул и стал играть кадриль в четыре
руки с Таней.
Она задохнулась, замолчала, двигая стул,
постукивая ножками его по полу, глаза ее фосфорически блестели, раза два она открывала рот, но, видимо, не в силах сказать слова, дергала головою, закидывая ее так высоко, точно невидимая
рука наносила удары в подбородок ей. Потом, оправясь, она продолжала осипшим голосом, со свистом, точно сквозь зубы...
Клим подметил, что Туробоев пожал
руку Лютова очень небрежно, свою тотчас же сунул в карман и наклонился над столом, скатывая шарик из хлеба. Варавка быстро сдвинул посуду, развернул план и,
стуча по его зеленым пятнам черенком чайной ложки, заговорил о лесах, болотах, песках, а Клим встал и ушел, чувствуя, что в нем разгорается ненависть к этим людям.
На желтой крышке больничного гроба лежали два листа пальмы латании и еще какие-то ветки комнатных цветов; Алина — монументальная, в шубе, в тяжелой шали на плечах — шла, упираясь подбородком в грудь; ветер трепал ее каштановые волосы; она часто, резким жестом
руки касалась гроба, точно толкая его вперед, и, спотыкаясь о камни мостовой, толкала Макарова; он шагал, глядя вверх и вдаль, его ботинки
стучали по камням особенно отчетливо.
Макаров смотрел в открытую на террасу дверь и явно не слышал ничего,
постукивая ложкой по ногтям левой
руки.
Как-то днем, в стороне бульвара началась очень злая и частая пальба. Лаврушку с его чумазым товарищем послали посмотреть: что там? Минут через двадцать чумазый привел его в кухню облитого кровью, — ему прострелили левую
руку выше локтя. Голый до пояса, он сидел на табурете, весь бок был в крови, — казалось, что с бока его содрана кожа. По бледному лицу Лаврушки текли слезы, подбородок дрожал,
стучали зубы. Студент Панфилов, перевязывая рану, уговаривал его...
Когда раздался торопливый стук в дверь, Самгин не сразу решил выйти в прихожую, он взял в
руку подсвечник, прикрывая горстью встревоженный огонек, дождался, когда
постучат еще раз, и успел подумать, что его не за что арестовать и что
стучит, вероятно, Дронов, больше — некому. Так и было.
Хлопая намерзнувшими на холоде
руками, принялся он
стучать в дверь и кричать повелительно своей дочери отпереть ее.
И он вдруг решился, протянул
руку и потихоньку
постучал в раму окна.
И если она придет, то ты к дверям подбеги и
постучи мне в дверь аль в окно из саду
рукой два первые раза потише, этак: раз-два, а потом сейчас три раза поскорее: тук-тук-тук.
Выйдя в коридор, секретарь встретил Бреве. Подняв высоко плечи, он, в расстегнутом мундире, с портфелем под мышкой, чуть не бегом,
постукивая каблуками и махая свободной
рукой так, что плоскость
руки была перпендикулярна к направлению его хода, быстро шагал по коридору.
Лесничий соскочил и начал
стучать рукояткой бича в ворота. У крыльца он предоставил лошадей на попечение подоспевшим Прохору, Тараске, Егорке, а сам бросился к Вере, встал на подножку экипажа, взял ее на
руки и, как драгоценную ношу, бережно и почтительно внес на крыльцо, прошел мимо лакеев и девок, со свечами вышедших навстречу и выпучивших на них глаза, донес до дивана в зале и тихо посадил ее.
Бешено звенела гитара, дробно
стучали каблуки, на столе и в шкапу дребезжала посуда, а среди кухни огнем пылал Цыганок, реял коршуном, размахнув
руки, точно крылья, незаметно передвигая ноги; гикнув, приседал на пол и метался золотым стрижом, освещая всё вокруг блеском шелка, а шелк, содрогаясь и струясь, словно горел и плавился.
«Спинджак» опять выиграл, вытер лицо платком и отошел к закуске. Косоглазый купец занял его место и начал проигрывать карту за картой; каждый раз, вынимая деньги, он
стучал козонками по столу и тяжело пыхтел. В гостиной послышался громкий голос и сиплый смех; через минуту из-за портьеры показалась громадная голова Данилушки. За ним в комнату вошла Катерина Ивановна под
руку с Лепешкиным.
Наконец девяносто. Прохорову быстро распутывают
руки и ноги и помогают ему подняться. Место, по которому били, сине-багрово от кровоподтеков и кровоточит. Зубы
стучат, лицо желтое, мокрое, глаза блуждают. Когда ему дают капель, он судорожно кусает стакан… Помочили ему голову и повели в околоток.
Быстро опущенный гроб хлюпнул в воду. Комья глины
стучат по крыше, гроб дрожит, вода брызжет, а каторжные, работая лопатами, продолжают говорить про что-то свое, и Келбокиани, с недоумением глядя на нас и разводя
руками, жалуется...
Он пошел по дороге, огибающей парк, к своей даче. Сердце его
стучало, мысли путались, и всё кругом него как бы походило на сон. И вдруг, так же как и давеча, когда он оба раза проснулся на одном и том же видении, то же видение опять предстало ему. Та же женщина вышла из парка и стала пред ним, точно ждала его тут. Он вздрогнул и остановился; она схватила его
руку и крепко сжала ее. «Нет, это не видение!»
И, зарыдав, закрыла
руками лицо. Другие матери тоже заплакали. Купцы утешают их, но Сырохватов, как и прежде, ни слова, молчит себе да пальцами
постукивает по пакетам.
Он облекался для этого в польский костюм, лихо
стучал по полу каблуками и по окончании фигуры становился на колени, подавая
руку своей даме, которая кружилась около него, выделывая па.
Он, молча и не оглядываясь на Женьку, стал торопливо одеваться, не попадая ногами в одежду.
Руки его тряслись, и нижняя челюсть прыгала так, что зубы
стучали нижние о верхние, а Женька говорила с поникнутой головой...
Я чуть было не
постучал в окно. Я хотел тогда же сказать Гагину, что я прошу
руки его сестры. Но такое сватанье в такую пору… «До завтра, — подумал я, — завтра я буду счастлив…»
Сердце начинает
стучать так, что я чувствую его в
руках, в висках… а потом оно проваливается в бездну, и бывают секунды, когда я мыслю о том, что более доктор Поляков не вернется к жизни…
Он
постукивал тростью по тротуару, весело кланялся со знакомыми Проходя по Морской, он увидел в окне одного дома знакомое лицо. Знакомый приглашал его
рукой войти. Он поглядел. Ба! да это Дюмэ! И вошел, отобедал, просидел до вечера, вечером отправился в театр, из театра ужинать. О доме он старался не вспоминать: он знал, что́ там ждет его.
Экипаж
стучит, развлекает, присутствие возчика разрушает одиночество; но один, верхом или с палкой в
руке, идешь, идешь; дорога ниткой вьется перед глазами, куда-то пропадая, и никого вокруг, кроме деревьев, да ручья, да птицы, которая спорхнет и пересядет… удивительно хорошо!
Постукивая своими небольшими каблучками и стараясь по-прежнему сохранить присутствие духа, Егор Егорыч раскланялся с адмиральшей, которая сидела на среднем диване и, при появлении гостя, поспешила понюхать из держимой ею в
руках стклянки с одеколоном.
Шитье ратницкой амуниции шло дни и ночи напролет. Все, что могло держать в
руке иглу, все было занято. Почти во всяком мещанском домишке были устроены мастерские. Тут шили рубахи, в другом месте — ополченские кафтаны, в третьем —
стучали сапожными колодками. Едешь, бывало, темною ночью по улице — везде горят огни, везде отворены окна, несмотря на глухую осень, и из окон несется пар, говор, гам, песни…
Возвращаясь раз осенью из бывших саперных рот близ мызы графа Сперанского мимо мызы, занимаемой графом, Семен Павлович взглянул в окно и увидал, что Аракчеев не только машет ему
рукою, но и
стучит в оконную раму.
Молота
стучали, рабочие двигались, как тени, не смея дохнуть, а Лука Назарыч все стоял и смотрел, не имея сил оторваться. Заметив остававшихся без шапок дозорного и плотинного, он махнул им
рукой и тихо проговорил...
Гости обещали вернуться и уехали. Прощаясь, молодые люди радушно пожимали
руки Петра. Он порывисто отвечал на эти пожатия и долго прислушивался, как
стучали по дороге колеса их брички. Затем он быстро повернулся и ушел в сад.